«ЧТО-ТО С ЧЕМ-ТО» 2 часть (Тхан) — в процессе написания! 4 глава

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения — всего лишь совпадение. Все изобретения, указанные в произведении, являются псевдонаучными.

Глава 4
Принятое решение

За год до основных событий

Жизнь без Пхата потеряла для Туна всякий смысл, но сказанное братом и профессором о возможности стать отцом ребенка от любимого поддерживало его. Сначала он подумал, что они просто шутят, что сказали это лишь для того, чтобы он вернулся домой и оставил свои поиски похитителей и убийц Пхата. Но, немного успокоившись, он решил все выяснить сам. Он изучил результаты тестов, анализов и заключения врачей и только тогда поверил в эту возможность, как в спасение.
То, что этот ребёнок будет биологически связан с ними обоими, вселяло надежду и придало жизни смысл. Пусть малыш и не заменит ему Пхата, но он будет частичкой его и символом их любви, а ради этого можно продолжать жить.
Профессор и Дью проводили дни напролёт в лаборатории. К их исследовательской работе подсоединился Винай, которому Тун рассказал, кто такой Пхат и как тот спас когда-то им жизнь. Винай проникся идеей рождения ребёнка, который станет наследником их семьи.
Мали, которой Винай поведал, не вдаваясь в подробности, что их младший сын хочет стать отцом для ребенка Пхата, сосредоточила всё своё внимание на улучшении и укреплении здоровья Туна. Она тщательно подбирала для него правильное и сбалансированное питание. Также она следила за его режимом дня: старалась делать так, чтобы он высыпался, занимался физическими упражнениями и не переутомлялся. Всё это было нужно для того, чтобы организм сына окреп, и он смог посвятить себя заботе о ребенке.
Поначалу Тун сопротивлялся, но его мать знала, на какие рычаги нужно надавить, и он сдался.
В агентстве тем временем продолжалась оперативная работа по поиску похитителей Пхата и местонахождения Ли Бао. Тун не был уверен, что если они найдут Ли, то смогут найти и похитителей. Он все еще продолжал разрабатывать версию о возможной причастности банды, которая однажды уже похищала Пхата, выманив того на Нонга Кинга. Поэтому по его настоянию агентство работало в двух направлениях.
Кай и Генри доработали поисковую сеть Нока. Ещё когда они искали Пхата, Нок предложил интересный алгоритм поиска. Они попробовали его, и сеть стала работать намного лучше. Вскоре были получены результаты: появился след Ли Бао, и его сразу же начали разрабатывать.
Время шло. Постепенно боль утраты притупилась, но не отпускала совсем. Долгими одинокими ночами он лежал на кровати и просто смотрел в потолок. Он не мог спать. В голове то и дело всплывали воспоминания, связанные с Пхатом. Иногда он погружался в медитацию и вызывал их мир. Он был все таким же прекрасным, но в нем не было его — того единственного, от которого сердце всегда хотело петь.
По настоянию матери, Туну пришлось обратиться за помощью к специалистам. Стало немного полегче, но бессонница окончательно не уходила. Ему посоветовали пройти медикаментозное лечение, но он отказался. Тогда профессор предложил Туну попробовать использовать капсулу с новой программой. Эту программу по настоянию того же профессора написали Генри с Кайем. Она должна была помочь Туну через капсулу нормализовать потоки ци, отвечающие за психологическое состояние. После пары сеансов ему стало лучше. Он наконец уравновесил свои потоки, которые после пережитого потрясения иногда давали сбой. Металлический обруч на сердце немного ослаб и дал ему возможность нормально дышать. С новыми силами Тун погрузился в работу.
Когда Тун наконец присоединился к команде, дела пошли быстрее, и вскоре появились первые результаты — Ли Бао вернулся в штаты, а до этого он действительно был в Таиланде. Так что можно предположить, что он все же замешан в похищении Пхата. Но почему он ему был нужен и зачем он так жестоко расправился с ним? Чтобы выяснить это, одной слежки недостаточно.
Взвесив все за и против, Тун предложил внедриться в организацию Ли Бао, которую он вопреки соглашению с профессором, восстановил. Правда ему теперь придется нарабатывать новые связи, потому что старые все были выявлены и по тем или иным обвинениям переданы правосудию. Но, как оказалось, не все, раз агентству Ли удалось восстановиться в довольно короткие сроки. А еще появилась неожиданная информация — у Ли Бао, оказывается, есть сын, и он сейчас в больнице лежит в коме после жуткой автомобильной аварии.
Тун несколько раз прочитал отчет о сыне Ли Бао. Ему показалось странным, что никогда и нигде до этого не было информации ни о его семье, ни о его детях, а тут появляется сын, причем почти ровесник Туну. Странно это. Надо все еще раз перепроверить. Он направился к Ноку.
— Привет, Нок. Как дела? — спросил Тун, зайдя к нему.
Нок что-то сосредоточенно рассматривал на мониторе. Оторвавшись от него, он отрешенным взглядом посмотрел на Туна.
— А, это ты, — разочарованно протянул он.
— Вот кого ты хотел увидеть?
— Да так, не обращай внимания, — отмахнулся Нок и вернулся к своему занятию.
Тун обвел взглядом помещение. Он еще ни разу не заходил к Ноку в кабинет после гибели их общего друга. Зрелище было удручающее. Всюду валялись какие-то папки, бумага вперемешку с обертками от конфет и упаковками от чипсов. Стаканчики с кофе, некоторые даже недопитые, соседствовали с процессорами и мониторами. Лишь одно место было свободным и чистым — угол стола, на котором стояла фотография Пхата.
Увидев ее, Тун закрыл глаза, чтобы успокоится, потому что ему все еще было больно смотреть на любимое лицо, которое он никогда уже не сможет взять в свои ладони и поцеловать.
— Ты перепроверял информацию о… — Тун открыл папку, что принес с собой, и прочел имя предполагаемого сына Ли Бао, — нашел — Тхан Кисааяк, 23 года. Родился и вырос в Бангкоке. Это все, что известно. Вот прям странно: если он его сын, то почему фамилия у него другая? Короче, надо поднять всю информацию на всех родственников Ли.
Нок поднял голову и посмотрел внимательно на Туна. По его мнению, тот очень сильно изменился со смертью Пхата. Стал нетерпимым и очень требовательным. Вообще-то он всегда был таким, но он был мягче.
Они все изменились, пережив потерю близкого друга. Кай стал молчаливым, Мин вообще куда-то исчез и на связь не выходит. Профессор превратился в угрюмого старика и очень редко улыбается, а вот раньше и посмеяться с ними за компанию мог. Дью… Если бы не Кинг, то и неизвестно, что было бы с Дью. Вот только в последнее время Нок стал наблюдать какую-то отрешенность в их отношениях.
Конечно же, тяжелее всех было Туну — с этим не поспоришь. Если бы это был кто-то другой, но это Пхат…
В агентстве про то, кто такой Пхат, а уж тем более про то, какие у него отношения с Туном, никто не знал. Для всех он был парнем по обмену, который проходит спецподготовку в разных подразделениях и смежных агентствах. А Мэоу как раз отправилась в его агентство на такую же подготовку. Поэтому, когда Пхата не стало и профессор объявил об этом, все стали спрашивать, когда вернется Мэоу. На что Вянь Вянь ответил уклончиво – мол, ее стажировка еще не закончена, а еще она пока не хочет возвращаться, потому как у нее там появилась личная жизнь, и, скорее всего, она останется со своим возлюбленным. И профессор не против, что его дочь наконец обрела свое счастье. Все, кто знал Мэоу, радовались за нее и поздравляли Вяня, а кто-то даже желал ему скорейшего появления внуков.
Нок поймал себя на том, что сейчас заплачет. Он быстро отвернулся. Туну не стоит знать, что ему тоже больно.
— Я уже ввел необходимые запросы в поиск. Осталось дождаться результата, — Нок незаметно вытер глаза. Но все равно это не ускользнуло от внимательного Туна.
Одобрительно похлопав Нока по плечу, Тун вышел из кабинета. Пусть друг побудет сейчас один. Ему бы тоже не мешало проветриться.
Он поднялся в гараж и подошел к байку Пхата, заботливо укрытого чехлом. Постоял немного в раздумьях и расчехлил его. Провел рукой по рулю, погладил бензобак…
— Ты тоже скучаешь по нему? Давай, брат, прокатимся?
Тун достал из багажника свой шлем, посмотрел на него и положил обратно. Взял шлем Пхата и прижал его к груди, безвольно свесив над ним голову. На блестящую поверхность защитного пластика упала слеза. Взяв себя в руки, Тун тряхнул головой и надел шлем. Больше не раздумывая ни минуты, он вскочил в седло байка, повернул ключ в замке зажигания и поддал газу. Дукати взревел, огласив на весь гараж свое желание лететь вперед и только вперед басистым рыком. И они рванули с места…
Он сидел над обрывом и пил пиво, которое было припасено в багажнике байка еще Пхатом. Легкий ветерок трепал его за волосы и гладил по щекам, высушивая слезы.
— А еще мы нашли интересную информацию, — продолжал он рассказывать, представляя, что Пхат сидит рядом и так же пьет пиво.
Он просто долго отсутствовал, и ему надо рассказать все-все. Тун замолчал и сделал глоток.
— Оказывается, у Ли Бао есть сын примерно нашего с тобой возраста. Представляешь? Профессор никогда раньше не упоминал, но у его горе-ученика была семья и дети. Тебе же пять было, когда ты в агентстве появился? Да, пять, — он сам себя спрашивал и сам же отвечал.
Было похоже, что он разговаривает с любимым. Пусть хотя бы так, на крохотный миг он почувствует его рядом.
— Вот и я думаю — когда же он обзавелся семьей? Если все же это правда, то его сыну должно быть не больше 20 лет, а мы получили информацию, что ему 23, — он замолчал, как бы прислушиваясь, что говорит Пхат. — А ты прав. Он мог его усыновить. Что-то я об этом не подумал. Вот чтобы я без тебя делал?
Тун замолчал, осознавая всю глубину горечи сказанных им сейчас слов. Он не знает, что ему теперь делать без любимого. Обняв себя за колени, он уткнулся в них лицом и снова заплакал. От этого стало немного легче.
Раздался телефонный звонок. Тун достал телефон и нехотя ответил на звонок — звонил отец. Если бы это был кто-то другой, он просто бы сбросил, но с отцом он не мог так поступать.
— Алло, — он постарался придать голосу спокойствие, чтобы отец не заподозрил о том, что его сын только что плакал.
— Тун, приезжай, пожалуйста, домой. И по возможности как можно быстрее. Твоя мама сошла с ума…
Ему явно не дали договорить — звонок оборвался. Тун удивленно посмотрел на телефон. Что это было? Что с мамой? Да что происходит? Он быстро встал, вытер слезы и сел на байк.
— Ну что, верный Дукати, поехали спасать отца, — байк в ответ взревел и они быстро выехали на трассу.
Прибыв домой, Тун застал родителей в гостиной. Они, видно, о чем-то спорили и уже давно. Он не стал их прерывать, а незаметно прошел и устроился на диване.
— Между прочим, я сама медик и вполне понимаю все риски. Это мое решение, и вы не в праве мне запретить сделать это, — было похоже, что мама повторяла эту фразу, как мантру.
— Дорогая, но твой возраст…
— Что возраст? Если ты не помнишь, дорогой, то я тебе напомню — мне всего лишь 44 года. Я в отличной форме. У меня нет хронических заболеваний. Я веду здоровой образ жизни. Мое здоровье даже лучше, чем у многих тридцатилетних. Да ты же сам это знаешь, — она взяла мужа за руку. — И потом, ты же со мной. Ну что может случиться под твоим присмотром?
Винай, видя непреклонность своей жены, пытался найти хоть какие-нибудь аргументы, чтобы отговорить ее от этой затеи. Они найдут, они уже ищут хорошую, полную здоровья суррогатную мать для будущего ребенка Туна. Обязательно. Мали не надо так рисковать собой. Но она настаивала на своем.
Они были так увлечены, что совершенно не обращали внимания на сына. А он тихо сидел на диване и наблюдал за родителями.
— Это огромный риск и ответственность, — продолжал уговаривать Винай жену. — Мы не можем поступать, не обдумав все предполагаемые последствия.
— Я приняла решение, — твердо сказала Мали. — Я выношу и рожу этого ребенка, и не отговаривай меня. Я должна, нет, я обязана помочь своему сыну.
Что она только что сказала? Тун ошарашено смотрел на мать. Она хочет стать суррогатной матерью для их с Пхатом ребенка? Он не ослышался? Да что, собственно говоря, происходит? Тун покашлял, привлекая к себе внимание. Мали и Винай резко обернулись на его кашель. Она при этом вздрогнула и схватилась за сердце. Винай покачал головой — ну как можно говорить о вынашивание ребенка, если она то и дело хватается за сердце?
— Ты давно приехал, сынок? — Мали подсела к Туну и участливо приобняла его.
— Думаю, достаточно для того, чтобы услышать твое решение, — ответил он.
— Вот, попытайся ее вразумить, — сказал Винай, — меня она не слушает. Может, тебя послушает? Я не могу больше с ней спорить, — он устало опустился на диван.
— Мама, а что заставило тебя принять такое решение? — Тун взял руку Мали в свои ладони. Она улыбнулась ему.
— Сынок, но кто же еще сможет это сделать? Это такая ответственность, а мошенников, желающих разбогатеть за чужой счет, много. Я не могу позволить пропасть эмбриону, подсаженному нечистой на руку женщине. Уж лучше я сама это сделаю для тебя в память о нашем Пхате, — на ее глазах выступили слезы. Она очень любила этого бедного мальчика, который так рано ушел из этой жизни.
Тун смотрел на нее во все глаза. Он не мог поверить, что его мать решится на такое, да еще в ее возрасте. Хотя она и молода по современным меркам, и здоровье у нее хорошее, но все же… Он хотел было высказать свое мнение по этому поводу, но она совершенно не давала ему говорить. Она сама говорила и говорила, упоминая какую-то статистику по рождаемости детей у возрастных женщин, приводя примеры и доводы.
Под ее натиском ему с отцом пришлось сдаться, но при одном условии — она должна пройти полное обследование, и если хоть один показатель не будет соответствовать требованием или хоть один анализ вызовет даже малейшие сомнения, она откажется от этой затеи, и они продолжат искать суррогатную мать дальше. Немного подумав, Мали согласилась и попросила назначить день для обследования как можно быстрее. Тун был поражен своей матерью.
В скором времени, сделав все необходимые распоряжения и подготовку, Винай отвезет жену в госпиталь. Здесь она должна будет провести неделю, в течение которой ей сделают все необходимые тесты, анализы и проведут обследование. Всем останется только ждать результатов.