«ЧТО-ТО С ЧЕМ-ТО» 1 часть, глава 16 (онгоинг)

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения — всего лишь совпадение. Все изобретения, упоминающийся в произведении, являются псевдонаучными.

Глава 16
Сексуальные маньяки и золотая кровь

Я открыла глаза. Сквозь жалюзи на окнах пробивалось утреннее солнце, разрезая комнату световыми лучами. Было тихо, только рядом слышалось мирное сопение спящего Туна. Я зажмурилась. Мне это не мерещится? Он действительно рядом? Я снова открыла глаза и повернула голову в его сторону. Он действительно здесь, рядом со мной. Значит все, что было не было сном. Я расплылась в счастливой улыбке, вспоминая что мы вчера творили. Ладно я помешенная, но Тун оказался не меньшим маньяком, чем я. Нашлись два одиночества. Я уткнулась в жатые кулачки и неслышно захихикала. Вот ведь как бывает в жизни. Надо тихонько встать и приготовить любимому завтрак — подумала я и стала медленно сползать с кровати. Но мне этого не удалось — меня схватили и заключили в крепкие объятья. Вырваться шансов не было.
— Как спалось? — я чмокнула Туна в нос. Он расплылся в блаженной улыбки. Видно тоже думал, что все было сном.
— Замечательно. А как ты, мой чертенок?
Вот тоже мне, милое прозвище. Звал бы котенок, например, или еще как, а то — чертенок. Обидеться? Или не стоит? Лучше придумаю-ка я для него прозвище. Я потянулась, расправляя мышцы. По телу пробежала легкая волна блаженной боли. Да, оторвались мы на славу, нечего сказать. Что же мы такого делали? И тут я кое-что вспомнила. Мои глаза округлились. Мать моя родная, я что совсем сдурела? Я попыталась освободится от объятий. Тун не отпускал. Отпусти, пожалуйста, я же сейчас со стыда сгорю. Он как-будто услышал меня и расслабил свою хватку. Мне этого достаточно. Спасибо. Я быстро выскользнула и спряталась в ванной комнате. В след услышала:
— Так бы сразу и сказал, что надо…
Вот же блин. Теперь точно сгорю. Вот же… Что я вчера удумала? И чья идея была? Блин… Как мне ему на глаза показаться? И как ему в глаза после такого смотреть? Вроде и не пили, так как мы это могли по трезвому-то сделать. Стыдно-то как…
Я сидела, обхватив колени, а сверху на меня лилась вода из душа. В голове творилось черт знает что. И как, как я могла пойти на такое? Я же девушка. КАК Я МОГЛА? Пойду убьюсь об стену. Я мысленно перебирала события прошлой ночи, чтобы понять, что привело к тому, что мы сделали. Перед глазами всплывали картинки. В низу живота стало тепло. Так, маньячка, успокойся. Давай решай проблему. Ну, ладно, допустим, что я была в эйфории или под кайфом. Хотя под каким кайфом? Не употребляю и вам не советую. Значит просто в эйфории и ничего не соображала. Но Тун то как на такое мог пойти? Он-то должен был осознавать, что мы делаем? И как теперь быть? Я замычала от безысходности.
Сквозь шум льющейся воды я услышала, как Тун зовет меня. Не пойду. Останусь здесь и умру. Не дождавшись от меня ответа, он постучал в дверь. Стучи-стучи, а я не открою. Я вообще сейчас возьму и сознание потеряю. И я действительно потеряла, так что не могу рассказать, как Тун открывал дверь, как нашел меня на полу душа, как отнес меня на кровать и растирал мои заледеневшие конечности — пребывая в шоке, я не обратила внимание, что включила просто холодную воду. Хорошо, что не горячую, а то выглядела бы я сейчас, ну скажем, не важно.
Растерев меня и наполнив порцией своей ци, Тун завернул меня в одеяло и взял на руки, как ребенка. Так он и сидел, немного покачиваясь со мной на руках, пока я не очнулась. Он поцеловал меня в лоб и сказал:
— Ты что, глупая, удумала?
Я не ослышалась? Он назвал меня глупая? Не глупый или придурок, а глупая? Т.е. я все же для него девушка? Так какого хрена он позволил… Мне опять захотелось потерять сознание.
— Ну что ты на меня так смотришь? Пока ты будешь совершать глупости, я буду называть тебя глупой. Поумнеешь — мой любимый дурачок, — а он еще и смеется надо мной. Бесит.
Я съежилась, пытаясь превратиться во что-нибудь маленькое и незаметное. Постепенно мне стало жарко и я стала вырываться.
— Ты обещаешь мне не глупить? — я кивнула и Тун отпустил меня.
Я уползла от него на дальний угол кровати и накрыла голову подушкой. Неужели он не понимает, что мне стыдно?
— Да что с тобой такое? — было видно, что он ничего не понимает и уже начинает злиться.
— Ничего, — буркнула я. Сам догадывайся.
— Так, ПМСа у тебя быть не может. Или может? — удивленно спросил он.
Я отодвинула край подушки и посмотрела на него таким взглядом, что любой бы провалился бы на месте.
— Придурок, — бросила я и опять спряталась.
— Хорошо. Не может, согласен. Тогда что с тобой? Все же было хорошо, — он лег ко мне поближе. Я попыталась отстраниться и свалилась на пол, больно ударившись копчиком. Вот мне еще хвост сломать осталось.
Тун ринулся за мной. Наши лица оказались очень близко друг к другу. У меня перехватило дыхание. Блин, стой. У тебя в такой момент желание возникает? Ты больная на голову, детка. Особенно после вчерашнего. Я крепко сжала веки.
— С тобой явно что-то не так. Сначала пропадал два месяца неизвестно где, а потом появляешься, проводишь со мной бурную ночь, а теперь знать не хочешь? — он начал выходить из себя, — Ты представляешь на сколько нам вчера было хорошо? То, что мы делали было прекрасно. Или ты не согласен? Ты жалеешь об этом? Я — нет. И готов повторить снова. Ты слышишь меня? Бери ответственность…
Это он о чем? О том, что я думаю? Он готов повторить? Я открыла глаза и уставилась на Туна. Не понимаю, он шутит так? Или на самом деле…
— Что смотришь? Не помнишь или не понимаешь о чем я? Тебе напомнить?
— Тун, я же девушка, — еле слышно выдавила я из себя.
— Девушка ты только в мозгах, — он ткнул пальцем мне в голову, — А так ты стопроцентный парень. И физиология у тебя парня и потребности тоже… — говорил он, тыча пальцем мне в лоб.
Блин, он все-таки заговорил об этом. Видно придется поднять эту тему.
— Пусть я девушка только в мозгах, но есть же какой-то предел?
— Тебе не понравилось?
Я опешила. Не ожидала такого вопроса. В растерянности я стала рыскать глазами по комнате. И что мне ответить? Я прислушалась к себе. В голове появились образы. Вот я страстно целую Туна в шею, держа его за волосы. Вот подхватываю за талию и резко переворачиваю его на живот. Он не сопротивляется. Я продолжаю целовать его спину, опускаюсь ниже. Вот она моя любимая попка. Я начинаю жамкать ее руками, при этом продолжая целовать. Ласкаю его бедра, опять попку. Тун блаженно закидывает голову назад. Я пользуюсь моментом и страстно целую его в губы. В порыве хватаю его за бедра и … Он стонет так сладостно, что я не хочу останавливаться. Я начинаю покусывать ему плечо, запускаю руку под живот. Он продолжает постанывать в такт моим движениям. В тот момент я испытывала такие ощущения, что словами не передать. Все же парни чувствуют все на много ярче. В тот момент я даже была рада, что я он, а не она…
Я очнулась. Сердце бешено стучало. Мы действительно сделали это. Вернее, я сделала это. Теперь то, что мы с Туном брат с сестрой просто меркнет на фоне сделанного. Я бросила на него испуганный взгляд.
— Ты чего испугался? — спросил Тун, который все это время тихо мирно сидел рядом со мной, — Ты был таким страстным, а теперь, как пугливая лань.
— Я… Я… — я не могла ничего вымолвить от потрясения.
— Ты был прекрасен, — он смотрел на меня таким нежным и любящим взглядом, что у меня все сжалось внутри, — Ты переживаешь, что сделал это со мной? — я кивнула, — Так я сам этого хотел, потому что люблю тебя всем сердце и готов на все, чтобы тебе было со мной хорошо.
— Так ты позволил мне сделать с тобой это только из-за того, чтобы я остался с тобой?
— Нет. Не совсем так. Я хотел, чтобы мы стали одним целым. Чтобы мы оба почувствовали счастье обладания друг другом. Ты мой. А теперь и я твой.
— Но ты же… Я понимаю, что ты смерился с тем, что я не девушка, но ты… Ты же парень. Как ты мог позволить другому парню…
— Другому? Я позволил тебе. Слышишь? Тебе, а не другому парню.
— И ты на меня не злишься?
— За что? За то, что мы любим друг друга? Или за то, что ты дал мне испытать такое блаженство, что я до сих пор отойти не могу?
Вот это все же неожиданный поворот в нашей истории. Я вроде как худо бедно смирилась с тем, что я парень и вряд ли верну свой настоящий облик. А как я уже говорила, что если я останусь парнем, то буду однозначно пассивом. И с этим смирилась вроде как. Теперь новый сценарий нашей дорамы — из пассива я превратилась в актива. А Тун наоборот. Но он и я продолжаем любить друг друга, как ни в чем не бывало. Вот как-то так.
Я потянулась к Туну. Обхватила его голову руками и поцеловала в губы. Он обнял меня в ответ. Погладил по голове. Щелкнул пальцем по носу.
— Вот такие мы, — сказал он, глядя мне в глаза.
— Да. Маньяки мы. Сексуальные маньяки, — сказала я и мы оба рассмеялись.
Насмеявшись от души, мы стали собираться — я в агентство, а Тун к маме в больницу.
Вянь Вянь не знал что со мной делать, когда я приехала к нему в штаб. Он суетился вокруг меня. То пытался отругать, то накормить. Я спокойно села у чайного столика и принялась поедать свои любимые печеньки. Пусть пар выпустит, а так и поговорим. Минут через пятнадцать он видно устал и тоже присел рядом. Я налила ему чай. Он взял чашку и выпил залпом. Поморщился и повернулся ко мне:
— Все так же плохо завариваешь чай, негодник.
— Как научили, — огрызнулась я. Это наше с ним обычное состояние.
— Ну и где ты все это время был?
— Я была там, где меня сейчас нет. Профессор, ну почему “был”?
— Потому что ты парень. И не надо мне вот сейчас тут доказывать, что раз мозги у тебя девичьи, то ты девушка, — замахал он на меня руками, — да хоть куриные будут, но ты все равно парень. Физиологически. А то, что у тебя там ментально… — он вздохнул и отвернулся.
— Что, все так плохо?
Профессор сидел в задумчивости и почесывал подбородок. Что он мог ответить? Он сам не до конца все понимает. Сталкивается с таким впервые. Сказать, что все наладиться, а вдруг не наладится? Он наконец написал программный код и применил его на несчастном агенте. И тот даже идет на поправку, но. У него осталась своя ци и сейчас она восстанавливается. Медленно, но начинает функционировать. А вот с Мэоу не все так гладко. Тун рассказал, что ее ци исчезла. Что тогда восстанавливать? Надо сначала решить вопрос куда исчезла ци, а там уже видно будет.
— Давай пока не будем на эту тему. Время покажет. Но все же я не особо надеялся бы, — покачал головой профессор.
Ну и ладно. Я теперь по этому поводу не сильно напрягаюсь. Уже почти привыкла, что парень. Лично для себя нашла в этом много плюсов. Ну, во-первых, никаких ежемесячных недомоганий. Да за одно это только можно парнем остаться. Во-вторых, не пристают всякие мерзкие типы. И в-третьих, на мой взгляд тоже очень весомый аргумент — я могу есть все, что захочу. У этого тела такой шикарный метаболизм, что все калории перерабатывает на раз. Так что, если я останусь парнем, это даже своего рода решение проблемы в нашем случае с Туном. Я — парень, он — парень, никакого тебе кровосмешения. Правда традиционной семьи с детьми нам ни в том ни в другом случае не светило. Значит найдем суррогатную маму… Блин, да что со мной? Уже о семье и детях думать начала. Старею что ли? О, нет. Не дождетесь. А мозги… От мозгов никуда не денешься. Но если Туна мои девичьи прибабахи не напрягают, то и мне как бы париться не к чему.
Профессор заметил, что я сижу и лыблюсь чему-то своему.
— Что довольная такая?
Я спохватилась. Не нужно ему знать что или кто у меня вызывает такую улыбку. Может быть потом как-нибудь при случае.
— Ты кровь сдавала?
— Нет еще. Успеется.
— Поторопись. Мне ее еще проверить надо. Вдруг какие изменения на молекулярном уровне пошли.
— Профессор, а вам никто не говорил, что вы зануда?
— Говорил. Теперь в пробирке плавает, — усмехнулся Вянь. Вот ведь…
— От аналитиков что-нибудь слышно?
— Пока работают. Ты как кровь сдашь, зайди ко мне. Пайтун должен подъехать.
А мне ничего не говорил, что к профессору поедет. Прям заговорщик какой.
— Хорошо, зайду, — пообещала я и направилась в медицинский отсек.
Сдав кровь, я решила сначала зайти к Генри.
— Какие люди к нам пожаловали, — обрадовался он, — Дай мне на тебя посмотреть. Нет, я все таки гений.
— Ага, сам себя не похвалишь, — я усмехнулась.
— Да ладно тебе. Слушай, давай может сходим куда вместе? В бар, например, с девчонками потусить…
— Ты хорошо подумал, прежде чем мне предлагать такое?
— А что?
— А не чего. Я же девушка. На каких девчонок я пойду смотреть?
— Блин, я и забыл. Смотри, как классно я отработал, — опять начал он бахвалиться. Ни чем его не исправить.
— Ты мне лучше скажи — есть какие новости по нашему делу? С Ноком не связывался?
— Пока глухо. Сетка молчит. Нок тоже.
— Это он-то молчит? Вот не поверю, чтобы он молчал. Из него слова, как пули из пулемета. Ай, ладно. Держи меня в курсе.
— Уже уходишь? Побыл бы еще. Поболтали бы.
— Ноку позвони, раз есть время на разговоры. Все, пока. Целую во все дозволенные места, — сказала я и побежала к профессору. А в след мне донеслось:
— Только грозиться и умеешь, — вот засранец. Ну погоди у меня.
Я зашла в кабинет и застала такую картину. Над столом склонились профессор и Тун и о чем-то разгорячённо спорили. Я незаметно подошла к ним и стала рассматривать какие-то формулы и схемы, лежащие на столе. Они не сразу меня заметили. Воцарилась тишина.
— А что это вы замолчали? — спросила я, — Вы продолжайте, продолжайте. А я тут постою и послушаю, как вы мою судьбу решаете.
Вам, дорогие мои, хана. Прячьтесь, пока можете. То, что запахло жаренным первым понял Тун. Он тихонько начал отступать от стола, следя за моей реакцией. Ну с тобой я и дома разобраться смогу. Никуда не денешься. Но на всякий случай цапнула его под локоток. А вот профессору пора ответить мне на все вопросы.
— Мэоу, ты что?
— Как долго вы собирались скрывать это от меня?
— Мы ничего от тебя не скрывали. Ты что-то напутала, — профессор начал успокаивать меня, а сам попытался ретироваться. Его я тоже так — цап под локоток.
Усадив их рядышком на диванчике, я встала перед ними в угрожающую позу. Пусть боятся. Тун сделал вид, что он здесь совсем ни при делах и с него спрос не велик. А вот у профессора бегали глазки. Ну, мне так показалось. Может и не бегали. Окинув из взглядом с ног до головы, я пододвинула стул и села напротив них.
— Не надо от меня что-то скрывать, — спокойным голосом начала я, — я все равно узнаю, но будет лучше, если вы мне сами скажите что да как.
— Мэоу… — начал профессор, но я его перебила:
— Пхат. Меня зовут Пхат.
— Хорошо. Пхат, ты не так все понял.
— И что же я не так понял? То, что вы собирались за моей спиной надо мной эксперименты ставить?
— Это не так, — профессор не находил слов, чтобы быстро все объяснить, пока я не взорвалась.
Он хорошо меня знал и понимал, что раз скрыть от меня что-то не удалось, то надо все быстро рассказать, пока я не начала злиться. А если я разозлюсь, меня уже не остановить. Вот такой я забавный зверек — пушистая, но нервная и злючая.
— Послушай меня, пожалуйста, внимательно. Ты же знаешь, что каждые три месяца ты сдаешь донорскую кровь, — я согласна кивнула, — только ты сдаешь ее не для кого-то, а для себя на будущее…
Подождите, это как это? Что это значит “для себя и на будущее”? С этого места поподробней.
— Дело в том, что у тебя не обычная кровь. У тебя золотая кровь.
— Ну да. Помню. Только я думала, что вы меня так называли, а не мою кровь. Так и что в ней такого особенного, раз она золотая? — я усмехнулась.
— Она уникальна. Такая группа крови очень редкая. Она содержит нулевой резус-фактор. Ты — универсальный донор. Но для тебя доноров практически нет, если только такие же с такой же группой крови. Их очень мало. И случись что, ты просто не выживешь. Поэтому ты сдаешь кровь для себя.
Если я до этого просто была раздражена, то сейчас я просто сидела и внимательно слушала. То, что у меня уникальная группа крови я не знала. Профессор не говорил, а я как-то и не интересовалась. Мне сказали надо кровь сдать, я и сдавала, думая, что это для раненых агентов. Оказывается для себя самой. Интересно.
— Ладно, ну необычная у меня кровь, а что за эксперимент вы решили надо мной учудить?
— У нас появилась теория, которую мы хотели проверить. Ты все это время сдавал кровь будучи девушкой. Она несет в себе твой своеобразный программный код. Вот мы и обсуждали такой вариант, как перелить тебе твою же кровь. Может твоя иньская ци вернется.
— Так почему вы обсуждаете у меня за спиной? Вы меня спросили? Вянь Вянь, вы же знаете, что я не люблю, когда от меня что-то скрывают, в особенности то, что касается непосредственно меня. Так вы еще и Туна привлекли, — я посмотрела на Туна.
Вот как он может так улыбаться? Я же злюсь на него, а он лыбится. Булочка моя. Прям так и зацеловала бы… Так, не отвлекайся. Из тебя тут подопытного кролика сделать пытаются, а ты отвлекаешься.
— Вы уверены, что это может получиться, профессор, — Тун решился все же подать голос.
— Нет. Я не уверен. Теоретически это возможно, но… Потому я и хотел проконсультироваться с твоим отцом. Ты говорил, что он занимался вопросом нулевого резуса.
— Да. Он передал мне кое какие записи. Я привезу их завтра. Может и отец сможет завтра к вам подъехать. Хотя, утром маму выводят из комы и я пока не знаю, как все обернется.
— Тогда держи меня в курсе дела. А материалы привози. Будет очень интересно почитать.
Что-то я не поняла. Они что, про меня уже забыли? Эй, алло, я вообще-то здесь. Так все. Мне надоело. Решайте все сами, а меня не трогайте. Я домой. Киношку посмотреть, вкусняшку слопать, а вы продолжайте, продолжайте. Я встала и пошла к выходу. Вот засранство — меня никто не остановил. Ладно, ночевать ты, мой милый парень, поедешь домой или у двери на коврике останешься. В дом не пущу. Я еще раз окинула их взглядом. Они продолжали увлеченно обсуждать вероятность моего возвращения в прежний облик. Это бесполезно. Всем пока. Ах, ну да, вы же не слышите.