«ЧТО-ТО С ЧЕМ-ТО» 1 часть, глава 9 (онгоинг)

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения — всего лишь совпадение. Все изобретения, упоминающийся в произведении, являются псевдонаучными.

Глава 9
Я открылась Туну

Профессор вызвал меня на очередную проверку. Честно, меня это уже немного задалбливать стало. Ну сколько можно меня щупать, тыкать и прочее. Если бы это Тун был, то другое дела, а так. Но я подчинилась и теперь сидела напротив профессора и жевала печеньку. Он пристально на меня смотрел.
— Мэоу, деточка, ты ничего не хочешь мне сказать? — уж больно пристально он меня рассматривал. В чем дело?
— Вы о чем, профессор? — я сделала удивленный вид.
— У меня некоторые моменты не сходятся. Я никак не могу понять, как ты умудрилась сохранить потоки ци, да еще в таком идеальном состоянии. Они должны были разрушиться. Я понимаю, что твоя жизненная энергия всегда была очень мощной, но программный код разработан так, что ему без разницы на сколько сильна ци. Рассказывай все свои действия и ничего не опускай. Это поможет нам в дальнейшем.
Я задумалась. Стоит ли профессору знать о Туне? Думаю надо рассказать, но не все. Самое интересное оставлю при себе. С чего же начать? Начну с самого ранения, а там разберусь по ходу действия. О самом задание я говорить не стала, профессор и так о нем знает. Сказала только, что, увидев снайпера, я сделала вид, что просто проходя мимо споткнулась, чтобы закрыть собой нашего подопечного. Он тогда даже подхватил меня под руку, не давая упасть. Когда все улеглось, я проверила место лежки снайпера, но никаких улик не нашла. На конспиративной квартире я вынула пулю и обработала рану. Никаких проблем со здоровьем тогда не почувствовала. При помощи медитации восстановила внутренний баланс и направила энергию на заживление. Рана затянулась, но после капсулы опять открылась. Я регенерировалась с помощью медитации. Вроде все было нормально. После задания на заводе я прошла трансформацию. Она прошла не очень успешно. Ее хватило только на чуть больше недели и опять открылась рана. Пришлось медитировать более усиленно, чтобы ее закрыть. Тогда-то я и провалилась на нижний уровень. Побоявшись, что не смогу выйти из него, я этот уровень запечатала. Потом еще раз прошла трансформацию. Все было хорошо. Но в этот день случилось непредвиденное обстоятельство — я случайно подавилась и у меня была небольшая гипоксия с потерей сознания часа на три. Придя в себя, я обнаружила, что рана снова открылась. Друг, который в то время был со мной, помог мне. После я провела три этапа медитации и рана закрылась и больше не открывалась.
— Потом я в волонтерском лагере была. Пару дней. За все время ничего особенного не происходило, — профессор все время слушал и кивал головой, — Единственное, что меня немного напрягало, это то, что я стала раздражительной и легко выходить из себя.
— Так, продолжай.
— Ну, после лагеря был выходной и мы с другом по универу решили кино дома посмотреть. Вот тогда я потеряла сознание. А когда очнулась, почувствовала мощный поток энергии ци, которая заполняет меня, — услышав это, Вянь Вянь подался вперед, весь превратившись в ухо, — Мой друг поделился со мной своей ци.
— А твоя? Что стало с твоей ци?
— Она осталась сгустком лежать на запечатанном уровне.
Услышав это, профессор казалось пребывал в шоке. Он что-то бормотал себе под нос. Сам себя спрашивал и сам себе отвечал. Даже спорил с собой. Мне было и интересно и смешно. А еще немного не по себе.
— А кто это, твой друг? — спросил профессор.
— Он мой университетский приятель. Мы учимся в одной группе.
— Мне надо с ним увидеться. Хотя нет. Сначала я покажу тебя одному человеку, а после решим что делать. Все, на сегодня ты свободна. Медитируй больше. Хорошо кушай и никакой капсулы. Ты меня поняла? В капсулу ни ногой! — сказал, как отрезал. Да поняла я. Зачем же так орать? — Ее надо перепроверить. Почему-то мне кажется, что она сейчас работает только во вред. Может… Ладно. Все, ты свободна, — и я оставила его, бормочущего что-то себе под нос.
Я вернулась в общагу. Быстро прошмыгнула мимо конторки Пи’Па, чтоб не попасться ей на глаза. Она все больше и больше проявляет ко мне интерес, а мне как-то не очень хочется с ней общаться. Хорошо хоть Нок у дверей не сторожил. Мне очень надо побыть одной. Прям жажду. Хочу обдумать все, что со мной происходит. Зайдя в комнату, я закрыла дверь. Подложила под нее коврик, чтоб из коридора не было видно, что в комнате горит свет. Занавесила окна. Собрала все, что мне могло бы пригодится у письменного стола — попить, поесть. Когда думаю, люблю перекусить, но так, чтоб не отвлекало. Разложила на столе бумагу для записей и стикеры для пометок. Набросаю все, что знаю на данный момент, потом буду составлять паутину.
И так, что мы имеем? Как я теперь понимаю, дипломата не просто хотели убить, а лишить его внутренней энергии. Для чего-то им это нужно? Для чего? Это пока не известно. Так же не известно кому это нужно. Рассмотрим личность дипломата. Это бывший военный хирург. Значит он так или иначе связан с военными чинами, а возможно и с военными тайнами. Может им нужна была какая-то информация? Иначе, если бы они хотели его убить, то просто бы тот же снайпер выстрелил ему в голову. А может он и целился в голову? Сейчас это уже не выяснить. Хотя, если проследить за траекторией пули, то можно будет сделать вывод куда стреляли.
Я стала вычерчивать по памяти местность и высчитывать куда должна была прилететь пуля. Когда я закончила, то обнаружила, что пуля не задела бы дипломата. Она предназначалась человеку рядом с ним. А кто был рядом? Меня прошиб холодный пот. Рядом был его сын. Пуля летела прямо в живот Туну. Выяснив это, я наверно минут двадцать сидела и тупо смотрела перед собой. В голове в это время лишь ветер гулял. Было слышно, как он там дверьми хлопает. Вот это поворот событий. А Тун-то им зачем? И вдруг меня осенило — если бы ранили дипломата, то он бы заболел и стал бы бесполезным. А если оказался бы раненым его сын, то дипломатом можно было бы манипулировать, предлагая ему вылечить сына. Любящий родитель пойдет на все ради своего ребенка. Надо срочно рассказать профессору.
Я посмотрела на часы — половина первого ночи. Поздновато для звонка, но дело думаю имеет срочность. Я нажала кнопку секретной связи в компе. Вянь ответил не сразу, но когда ответил, то я увидела, что он не спал еще, а был чем-то занят.
— Что случилось, Мэоу? — он знал, что я не стала бы звонить так поздно по пустякам.
— Профессор, я кое-что выяснила.
— Говори.
— На том задании стреляли не в дипломата, а в его сына. Его сын был мишенью. Вы понимаете, профессор, что за этим кроется?
— Вполне. Им нужен был рычаг воздействия.
— Я пришла как раз к такому выводу. Доказательством может послужить только моя память. Я нарисовала план местности и траекторию полета пули.
— Пришли мне. Кстати, я договорился с человеком, с которым хотел тебя познакомить. Он в нашей организации не так давно, но он просто находка для нас. У него потрясающие познания в области медитации и управлением ци. Даже я не могу сравниться с ним. Завтра вечером вы встретитесь. Жду тебя у себя. Выспись, хорошо покушай. Пока.
Я тоже попрощалась, нажала отбой и откинулась в кресле. Завтра я хотела встретиться с Туном. Придется пожить немного без моей сладкой булочки. Я уже скучаю. Но ничего, я еще наверстаю. Сейчас экзамены и надо заниматься, а через неделю начнутся каникулы. Надо будет куда-нибудь свалить вдвоем. На пляж, например. Или нет. В горы. Или в какой-нибудь отдаленный отель в джунглях, чтоб никто нас не нашел и не потревожил. Вся в мечтах я легла спать. Завтра быстренько встречусь с этим таинственным человеком и к своей булочке.
Мы стояли друг против друга в замешательстве. Так вот с кем профессор меня хотел познакомить. Ну, с этим понятно. Вот только чего и сколько он успел про меня наговорить? Я закусила губу.
Он опять кусает губы — думал Тун. Вот как его отучить от этой привычки? Наверное никак.
— Кхун Вянь, — Тун повернулся к профессору, — А мы с Пхатом знакомы. Так получилось, что мы учимся в одном университете. И мало того, состоим в одной группе инженерного факультета.
— Правда? — профессор как-то странно засуетился вокруг нас. Наверное понял, кто со мной поделился ци, — Кхун Пайтун, вот о нем я вам говорил. Его ци была нарушена. Вы, я так понимаю, уже в курсе.
Раз профессор называет меня “он”, то значит не сказал, что я девушка. Вот и не знаю хорошо это или плохо. Наверное хорошо. Лучше пусть он это от меня услышит.
Тун подошел ко мне ближе и положил руку на плечо:
— Позволишь? — а что спрашивать, раз уже положил? Я кивнула.
Он закрыл глаза и постоял так минут пять, держа меня за плечо. Неужели он вот так запросто может считать все? Невероятно. Я прям загордилась, что у меня такой парень. Почувствовав мой перепад настроения, Тун легонько сжал мое плечо, давая понять, чтобы я успокоилась. Я взяла себя в руки.
Профессор стоял рядом и почти не дышал. Он мне напомнил беспокойного мужа у постели с рожающей женой. Еще чуть-чуть и он спросит…
— Ну как? — Блин, спросил.
— Все в полном порядке. Новый поток работает так, как-будто он его собственный. А его ци находится в своеобразном анабиозе. Надо будет подумать, как ее извлечь. Хотя… — Тун задумался, — Может и не надо извлекать. Надо сначала найти способ восстановить ее, а потом просто заменить без всякого извлечения. Вы же помните, профессор, — Тун повернулся к Вянь Вяну, — что произошло при попытки извлечь ци у… — он замолчал, предусмотрительно не назвав имя. Профессор утвердительно закивал, — Хотя там немного другой случай. Время было сильно упущено, да и ци изначально была слабой.
Если я правильно поняла, у них уже был опыт работы со “сломанной ци”. И судя по услышанному, не очень удачный. Ну, спасибо, что отказались от этой затеи. Вот только вопрос: сколько мне еще жить с чужой ци в образе парня? Я посмотрела на профессора. Он молча махнул мне рукой, типа не сейчас. Я повернулась к Туну.
— Не знал, что ты такой специалист и работаешь в этой организации.
— Так я тоже не знал, что встречу тебя здесь. Впрочем это хорошо. Значит нет утечки информации.
— Давайте присядем и поговорим, — продолжил суетиться Вянь.
Мы прошли и присели за чайный столик. Вянь Вянь тут же начал готовить чай.
— О, неужели я наконец-то попробую знаменитый чайвянь? — Блин, Тун, я же тебе по-секрету это сказала. Все, я пропала.
Профессор удивленно посмотрел на Туна.
— Не знал, что его так называют, — а в душе ему оказывается приятно. Отлично, возьмем на заметку.
— Профессор, а печеньки еще есть? — я когда нервничаю, то всегда хочу есть.
— А тебе бы, Мэоу, все поесть бы, — отмахнулся Вянь.
— Мэоу? — Тун вопросительно посмотрел сначала на профессора, потом на меня. Вянь виновато заулыбался, поняв, что сболтнул лишнее.
— Это так Пхата зовут, Кхун Пайтун. Он у нас, как кошка — о девяти жизней, — выкрутился. Я нахмурила брови и посмотрела на Вянь Вяня.
— А вообще-то, Кхун Пайтун, Пхат… — профессор молчи! Мне прям закричать захотелось, — мой приемный сын.
— Так вроде его родители… — начал было Тун, но профессор вовремя нашелся:
— Это красивая легенда для агента. Пхат Карлайтинг — рабочий псевдоним. Давайте я вас нормально представлю. И так, это мой приемный сын, — профессор сделал упор на слове сын, значит не все карты хочет раскрывать, — Фу Ёмей Мао. Это на китайский манер. Вы же знаете, что я по происхождению китаец — Фу Су Вянь. Мао все зовут здесь Мэоу по-тайски. Но сам он любит называться Пхат, — потом профессор повернулся ко мне указывая на Туна, — Пайтун Тхирасак Суваннарат — младший сын тайского дипломата Виная Пхакпхума Суваннарата. Вот и познакомились.
Я смотрела на Туна. Интересно, о чем он сейчас думает. Если он помнит тот случай, то должен помнить девушку, а не меня. И как мне ему объяснить все это? Интересно, знает ли он о капсуле, что разработал профессор и что с ее помощью можно трансформироваться в другого человека? Так много вопросов. Когда же я найду ответы на них? И что станет с нами, когда все вскроется?
— Профессор, так вы мне не сказали в чем собственно проблема, — Тун наслаждался чаем. Действительно он очень особый по вкусу, — Пхат может продолжать спокойно жить с новой ци лет до ста, а может и больше.
— Да за него я сейчас меньше всего беспокоюсь, — ну, спасибо, Вянь Вянь. А как же мое возвращение в девушку? Не беспокоится он, а я вот очень даже. Я сидела и дулась на него, а он продолжал, — Не всем так может повести, как Пхату. Вот вы, Кхун Пайтун, поделились с ним своей ци, — профессор почему-то строго на меня посмотрел, — Нам надо найти способ восстановления потоков при таком повреждении, потому что мы пока не нашли виноватого в этом. И я боюсь, что это не последний случай. Впрочем и не первый, — Вянь удрученно покачал головой, — Вы же в курсе об одном из наших агентов, который пострадал очень сильно и сейчас он прикован к инвалидному креслу. Так что я надеялся, что вы вдвоем найдете способ нейтрализовать это оружие.
Погодите, так получается я с Туном буду еще и работать. Т.е. мы будем постоянно вместе? Я за. Всеми руками и ногами. От радости я чуть в ладоши не захлопала, но вовремя спохватилась. Надо будет получить у профессора консультацию, что можно говорить, а что нельзя, а то мало ли что.
Допив чай, Тун попрощался с нами, перед этим договорившись о новой встречи для обсуждений и ушел. Я сидела и молча рассматривала печеньку. Вот вроде выпал шанс рассказать ему все о себе, но что из этого выйдет? Ах, как же мне сейчас муторно на душе.
— Чего раскисла? — профессор подсел ко мне.
— Да так. Не обращайте внимания, — я положила печеньку в рот и стала усердно ее жевать.
— Вот тебе только поесть, — Вянь налил себе еще чая.
— Профессор, а вы давно знаете Туна?
— Что, понравился? — он сощурил в усмешке глаза.
— Да ну вас, профессор, вы все время надо мной подшучиваете. Да же если и понравился, вы на меня посмотрите. Я же парень, — я подняла вверх указательный палец, — И он тоже парень, — я невольно вздохнула.
— Так ты же вернешься обратно в свое состояние и все у вас будет замечательно.
Эх, профессор, у нас сейчас как раз все замечательно. Вопрос в том, будет ли так же хорошо, когда я вернусь.
— Так вы не ответили на вопрос.
— Как и ты, — он опять усмехнулся, — Ладно, слушай. С его отцом мы знакомы давно. В прошлом году он порекомендовал мне своего сына, как хорошего специалиста в управлении внутренней энергии и мастера боевых искусств. Еще он хорошо разбирается в полевых работах. Отлично выстраивает логистику и много чего еще. Нам нужны молодые, дельные ребята. На задания я его пока не направлял. Он сейчас занимается тренировкой ребят. В основном обучает управлению жизненной энергией.
— Вы же знаете, что он был тогда с отцом. И как я уже говорила, мишенью как раз был он. Я тогда прикрыла их. И он видел меня, но в образе девушки. Так как мне себя вести? Вы рассказывали ему о капсуле.
— Об этом ты ему как раз и поведаешь, — вот умеет же он перевести стрелки. Ну ладно, Вянь Вянь, я тебе припомню, — Досконально ты все равно не знаешь принцип работы, но в общих чертах… Короче, разберешься. А сейчас проваливай давай. У меня дел много. Все, ступай, дитя мое, ступай. Не забудь побольше отдыхать и хорошо кушать.
Вот так вот взял и выгнал деточку. Негодяй. Ну и пойду. Сейчас вот приеду домой и завалюсь в постельку понежится. Или пойти шопинг устроить? Точно. Лучший способ привести девушке себя в хорошее настроение, это пройтись по магазинам. Вот прямо сейчас и пойду.
В предвкушении похода по магазинам, я пришла на парковку к своему байку. Рядом с ним стоял Тун. Что-то мне не по себе стало. Какой-то он серьезный. Чересчур. Увидев меня, он шагнул мне навстречу.
— Поговорим? — я молча кивнула и протянула ему шлем. Он немного призадумался, а потом принял его из моих рук.
Я привезла его к обрыву. Если уж суждено чему-то плохому случится, то пусть это произойдет здесь. Повернув ключ в замке зажигания, я все еще продолжала сидеть на байке. Тун слез и подошел почти к самому краю. Я старалась на него не смотреть. В душе поселилось смятение, а еще страх. Такой липкий, тягучий и всеобъемлющий. Страх потерять того, кого люблю всем сердцем. Собрав всю волю в кулак, я поставила байк на подножку и неспеша слезла с него. Я пытаюсь оттянуть момент на сколько можно, но… Так мне дуре и надо. Предупреждала же сама себя, что ничего хорошего из этого обмана не получится. Теперь расхлебывай.
С такими мыслями я подошла к Туну. То, что произошло в следующую минуту, я не ожидала вообще. Он резко повернулся ко мне и заключил меня в свои крепкие объятья. Он прижимал меня к себе так сильно, что мне стало нечем дышать.
— Тун, пусти. Мне дышать трудно.
— Не отпущу. Если отпущу, ты уйдешь и тогда трудно дышать будет мне. Мне тогда вообще невозможно будет дышать. Ты мое все. Ты мой воздух, моя жизнь. Я не знаю, что ты там себе надумал, но я не отпущу тебя от себя. Лучше убей меня, но не бросай.
Я смотрела на него и не могла ничего сказать. Я просто была ошарашена его словами. Но дышать все же трудно. Надо, чтобы он немного ослабил хватку. А мы поступим как он. Я обхватила его также сильно. Тун аж поперхнулся от неожиданности.
— Я тоже не отпущу тебя. Даже не пытайся уйти от меня, — думаю, что я была убедительна, так как он все же ослабил свои объятья.
— Ты правда не уйдешь? Чтобы не случилось в будущем? — он смотрел мне прямо в глаза.
— Прогонять будешь, не уйду, — пообещала я. Он нехотя отпустил меня.
Я вернулась к байку, открыла багажник и достала упаковку пива. У меня всегда в запасе есть пара упаковок. Вот и сейчас нам надо расслабиться. Подойдя обратно к обрыву, я села прямо на траву и похлопала рядом с собой по земле, приглашая Туна присесть. Он сел и я протянула ему банку с пивом.
— Давай немного выпьем и поговорим, — я открыла банку, сделала глоток и закрыла глаза, подставляя лицо ночному бризу. Тун последовал моему примеру.
Мы сидели и молча пили пиво. Каждый думал о чем-то своем. А может мы думали об одном и том же? Я не знаю. Но я твердо решила, что чтобы не случилось, я расскажу ему все без утайки. Мне очень дорог этот человек и я не хочу продолжать лгать ему.
— Тун, мне надо тебе кое-что рассказать, — начала я, — Не знаю, как ты будешь ко мне относиться после того, как выслушаешь мой рассказ, — он хотел было возразить, но я прикрыла ему рот рукой, прося помолчать и продолжила, — Не надо, не перебивай меня, пожалуйста. Мне очень трудно сказать то, что хочу. Но я должен.
И я начала неспешно свой рассказ. О своем детстве, о том, как меня нашел и взял к себе профессор. О том, как я стала показывать высокие результаты по всем направлениям обучения. Рассказала о Ли Бао и о его оружии. А так же о капсуле профессора. Постепенно я подошла к моменту, когда заслонила Туна с отцом от пули. Как потом справлялась с ранением. И как после недавнего задания трансформировалась в парня, чтобы скрыться и пришла в университет.
— Ну, а дальше ты знаешь, — я украдкой заглянула ему в лицо, пытаясь понять его реакцию, — Я пришла в универ парнем. Познакомилась с тобой и ребятами. Правда первая трансформация была не совсем крепкой и я сделала программу еще раз. Но, как сказал профессор, с ранениями на теле этого делать было нельзя. Плюс пуля с кодом на разрушение потоков. И вишней на торте твоя ци во мне. С тех пор я не могу трансформироваться обратно. Обычно трансформация сама проходит через двадцать один день, но я уже почти два месяца в этом облике. А капсулой воспользоваться тоже нет возможности, так как теперь мой нынешний вид считается отправной точкой. То есть, если я трансформируюсь в себя, то через положенный срок я вернусь обратно к этому виду. И не известно что со мной будет дальше. Вернусь ли я обратно в свой облик или останусь до конца жизни парнем, этого никто не знает.
— Значит той девушкой, что споткнулась и которую поддержал отец была ты?
— Да, то была я.
— То есть и сейчас ты та самая девушка, но только сменившая пол?
— Я правда… — начала было я, но он перебил меня.
— Не надо оправдываться. Оправдываются только виноватые, а ты ни в чем не виновата. Так сложились обстоятельства.
— Ты ненавидишь меня?
— С чего это я должен тебя ненавидеть? — он повернулся и посмотрел на меня.
— Ну ты же по моей вине стал… — блин, ну не скажу же я ему в лицо, что он гей. Так нельзя. Так, соберись, — ну, стал встречаться с парнем, а мог спокойно встречаться с девушкой…
Он долго и пристально смотрел мне в лицо. У меня внутри все переворачивалось от паники. Он меня сейчас отправит полетать с обрыва. Да, скорее всего так и будет. Я пропала. Что же я дура наделала? Ну и пусть. Зато я хоть не долго, но была с любимым. И не жалею ни о чем. Я готова принять свою судьбу. Я сказала. И я зажмурилась. Не видя, будет легче. Тут я почувствовала, что меня сгребли в охапку. Ну вот, началось. Сейчас полечу. И я полетела… Но не с обрыва, а от блаженства, потому что Тун начал страстно меня целовать. Придурок, он что с ума сошел? Да и пусть. Я тоже сумасшедшая. И влюбленная до безумия. И кажется, что моя любовь не стала безответной.
Тун повалил меня на траву и стал покрывать мое лицо поцелуями, при этом приговаривая:
— Какая же ты глупая. Я же уже говорил тебе, что мне все равно в каком ты обличии. Для меня нет разницы парень ты или девушка. Ты — моя жизнь, моя душа. Ты просто моя. Пока ты парень, я буду встречаться с парнем. Станешь обратно девушкой, я буду встречаться с девушкой. Я буду встречать только с тобой. Любить только тебя. И мне плевать кто и что скажет. За тебя я буду бороться не на жизнь, а на смерть. Я люблю тебя, Пхат.
— Я тоже тебя люблю, Тун.
Он продолжал целовать меня, а я отвечала ему. По моим и его щекам текли слезы.