«ПРЕДОПРЕДЕЛЕНО СУДЬБОЙ» Глава 18

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения — всего лишь совпадение. Есть отсылки к другим произведения для правдоподобности повествования. Так же для правдоподобности присутствуют реальные места и события. Приятного чтения.

Глава 18
“Неожиданный поворот”

Хорошо, что у Ена есть машина. Сом все никак не решался сам садиться за руль. На то были свои причины. Они погрузили задыхающегося Кхема на заднее сидение и быстро, как только могли поехали в больницу.
Уже из больницы Сом позвонил родителям Кхема и рассказал, что произошло. Внимательно выслушал, что они сказали. Оказалось, что у Кхема какое-то редкое заболевание, что-то связанное с аллергией на какого-то морского моллюска. Выяснилось это в детстве, когда они с семьей путешествовали по Европе. Этот моллюск не водится в здешних местах, на рынках его не продают и используют только в очень дорогих ресторанах по спец заказу. Поэтому они никогда не переживали, что с Кхемом может повториться что-то подобное. Но все же он где-то съел его по-неосторожности. Сом передал телефон врачу. Врач так же внимательно выслушал, вернул телефон и отдал кое какие распоряжения медперсоналу. Кхема поместили в реанимацию. Сделали промывание. Подключили к аппаратам. Поставили капельницы. Врач сказал, что осталось только ждать, когда подействует лекарство и нейтрализуется токсин.
Родители Кхема приедут только завтра и Сом решил остаться пока с ним. На его удивление, Ен сказал, что тоже останется. Уговоры не помогли и Сом согласился.
В реанимацию их конечно не пустили и они остались в холле дожидаться, когда Кхема переведут в палату. К ним подошел лечащий врач и сказал, что они могут отправляться домой, потому как Кхема продержат на аппаратах не меньше суток и пока к нему нельзя. Когда его переведут, им сообщат и они тогда смогут его навестить. Заручившись, что им сразу же сообщат, Сом и Ен отправились домой. Они молчали всю дорогу. Сом корил себя за то, что не уследил за другом и теперь тот на грани жизни и смерти. А Ен с момента, как узнал что с Кхемом, пребывал в каком-то ступоре. Сом периодически поглядывал на него, не решаясь спросить в чем дело. Да, в таком состоянии его тоже нельзя оставлять без присмотра. Сом позвонил Санни:
— Привет, подруга. Ты дома? О как, — оказалась, что Прам позвал ее прогуляться по набережной. Ладно. Пусть гуляют, не буду мешать. Значит Ен останется с ним.
Ен припарковал машину и продолжил сидеть, глядя перед собой почти не моргая. Что же с ним такое? Сом дотронулся до его плеча. Ен вздрогнул и повернулся к нему.
— Мы приехали, Ен. Ты о чем так задумался?
Ен смотрел теперь не отрываясь на Сома. Тут явно что-то не так. Что же с ним могло приключится с момента как они сидели на берегу и разговаривали? Ен тогда переживал за Санни. Говорил Сому, что боится за нее, потому что она все еще любит Сома, но стала позволять ухаживать за собой Праму. А тот не вызывает у Ена доверия из-за своей взбалмошности. И Ен просил у Сома, как у давнего друга Прама, что в этой ситуации делать. Он опасается, что Прам поиграет с Санни и бросит, а она и так с разбитым сердцем. Сом его успокаивал. Ручался за Прама и обещал лично открутить ему башку, если тот обидит Санни. Ен тогда вроде успокоился. А сейчас то что? Вдруг Сом заметил, что Ен плачет. Молча, без всхлипывания и прочего. Просто сидит, смотрит на Сома и из его глаз текут огромные слезы. Сом растерялся.
— Ен, что с тобой?
— Это моя вина, Сом. Я чуть не убил того, кто мне нравится… — сказал Ен, уткнулся Сому в плечо и зарыдал.
Сом не знал на что ему реагировать. На то, что Ен чуть кого-то не убил или на то, что тот чуть не убил того, кто нравиться. А кто ему нравится и кого он пытался убить? Все запуталось в голове у Сома. А еще Ен лежит у него на груди и рыдает. Это прям лакорн какой-то. Сом приобнял Ена за плечи и стал его успокаивать:
— Успокойся, брат. Скажи более внятно, что ты сделал или не сделал и с кем. Давай разбираться что к чему.
Прорыдав пару минут, Ен начал успокаиваться. Сел прямо и вытер слезы. Вздохнул так тяжко, что у Сома сердце прям сжалось.
— Это я виноват в том, — начал говорить Ен, — что Кхем сейчас в реанимации, — Он посмотрел на Сома — по выражению лица того не было понятно, что сейчас он испытывает, — Это я заказал тех моллюсков. Но я же не знал, что такое может произойти. Мы их всегда заказываем, — Ен отвернулся от Сома и продолжил смотреть куда-то в пустоту, — Я чуть его не убил, — почти шепотом продолжил он.
— Так не убил же? — Сом смотрел на Ена. — Ты же не знал, что у него аллергия на них. Так и я не знал. А мы с Кхемом знакомы не первый год. И дружим на столько крепко, что некоторые нас за пару принимают.
На последней фразе Ен резко повернулся к Сому:
— А что, это не так? Все видят ваши отношения. И я сегодня наблюдал, как вы обнимаетесь… — он замолчал, глядя Сому прямо в глаза.
— Я же уже говорил, что ты видел, да не то. Мы… — и тут его как молнией удалило — “Я чуть не убил того, кто мне нравится…”, так это он о Кхеме говорил? Так Кхем ему нравится? Святые помидоры, вот это неожиданный поворот. Он решил уточнить, — Погоди, Ен. Тебе нравится Кхем? — по покрасневшим ушам стало понятно, что Сом попал в точку. Кто бы мог подумать? Так вот почему Ен пытается всегда быть в их компании. Выспрашивает об их отношениях и собирает сплетни о них. — Так, выходи и пошли ко мне. Нам точно надо поговорить, — сказал Сом и вышел из машины. Ен последовал за ним.
Они зашли в квартиру Сома. Разговор предстоит серьезный и Сом не хотел, чтобы в его разгаре заявилась Санни и сбила настрой. Сом предложил Ену пиво. Тот молча кивнул. Они расположились на балконе в мягких креслах. С их этажа открывался потрясающий вид на вечерний город. Но им сейчас было не до любования переливами огней неоновых вывесок. Они посидели немного молча, погруженный каждый в свои мысли. С чего же начать? Сом открыл уже вторую банку пива, а Ен все продолжал мять в руках первую, пригубив из нее пару раз. Сом решил начать первым.
— Не торопись, Ен. Начни с самого начала.
Ен отрешенно смотрел в даль на погружающийся в ночь город. С чего же начать?
— С какого возраста ты понял, что тебе нравятся парни, Сом? — Ен даже не смотрел на него. Сом невольно поежился. Он всегда избегал таких разговоров. Но видно тут ничего не поделаешь.
— Точно сказать не могу. Но влюбился я в парня в 12 лет. И как раз тогда пришло полное осознание своей ориентации.
— И как отреагировали твои родители?
Сом вздрогнул. Родители? Это был полный кошмар. Или более правильнее — кромешный ад. Когда его мат узнала о том, что ему понравился мальчик, она повела его к шаману, а тот сказал ей, что Сом болен, что в него вселился темный дух. Надо провести какие-то ритуалы, пить отвары, чтобы избавиться от недуга. И матери тоже надо пить эти отвары, потому как только так она укрепить связь со своим сыном и поможет ему поправится. И все это надо держать в секрете, потому что темный дух может рассердиться. Она напугала сына тем, что если отец узнает, обо всем этом, он откажется от него, и взяла все под свой контроль, заставив сына молчать. С тех пор Сом никогда не возвращался к вопросу о своей ориентации. Ену он ответил просто:
— Они не поняли.
— Скорее всего не приняли, а не не поняли, — поправил его Ен.
— Да, ты прав, — Сом отпил пива. Тяжко было вспоминать, что тогда устроила мама.
— А я понял еще в начальной школе, — Ен вздохнул и посмотрел на банку в своей руке. Повертел ее и сделал большой глоток. Сморщил нос — не очень он любит пиво и поставил банку на столик, — а у тебя кроме пива есть что-нибудь еще?
— Что раньше не спросил?
Сом встал и вышел с балкона. Ен продолжил смотреть куда-то в даль. Сом вернулся со стаканом. В нем плескалась, переливаясь янтарная жидкость, позвякивая об хрустальные стенки кусочками льда.
— Держи, — он протянул стакан.
Ен взял его и поднес к лицу. Принюхался. Замечательный напиток. Поднял руку, как бы говоря тост и выпил одним залпом. Сом посмотрел на это и пожав плечами опять вышел. Вернулся он уже с графином.
— Ты только не напивайся. Смысла в том, чтобы напиться нет совсем. Я уже пробовал и не единожды, — сказал он, ставя графин на столик.
Ен посмотрел на стакан. Взял графин и плесканул из него на два пальца. Покрутил жидкость по стенкам, еще раз принюхался и отпил глоток.
— Никогда не напивался. Хотел попробовать это сделать, но раз говоришь, что не поможет, тогда… — он опять посмотрел на стакан в руке, — не буду. Кстати, хороший виски.
Сом с облегчением увидел, что Ен стал приходить в себя. Не буду мешать, пусть сам все постепенно рассказывает.
Ен сделал еще один глоток и поставил стакан на столик.
— Так вот, — продолжил он, — я узнал еще в начальной школе. Несколько лет я пребывал в полном шоке. Старался ни с кем не сближаться, думая, что я болен. Если бы не Санни, которая очень отбирала на себя внимание, я и не знал что мне делать. Я боялся кому-то рассказать о своих чувствах. Казалось бы в какое время мы живем, но я не мог открыться даже своей близняшке, — Ен вздохну, — Я погрузился в учебу. Книги стали моими друзьями. В средней школе я был заучка-ботаник, — Ен усмехнулся, — Только Санни была отдушиной — споры с ней давали мне понять, что я живу. С Пи’Джоем и с Пи’Саном мы братья и братья. Пи’Джой в то время вообще в Англии учился. Родители… Я не стал никому ничего говорить.
— Выходит, что у тебя не было ни с кем отношений? — решился все же спросить Сом.
— Не было. Мне было страшно.
— По тебе не скажешь. Ты очень общительный, дружелюбный малый.
— А это благодаря Пи’Сану, — упомянув брата, Ен улыбнулся.
Помолчал немного и рассказал Сому все: он вспомнил как случайно нашел книгу у брата, прочитав которую он наконец-то все понял про себя. Брат тогда застал его за чтением. Он не злился, что Ен взял книгу без спроса и не ругался. А просто спросил все ли тому понятно из того, что он прочитал. У Ена была масса вопросов и он закидал ими Сана. Брат тогда задал Ену неудобный вопрос. Ен долго не отвечал, а потом расплакался и все рассказал. Сан его успокоил, подбодрил. А потом объяснил ему все-все. И сказал, что он всегда будет на его стороне и что Ену нечего боятся, потому что он самый простой парень, просто ему нравятся парни. И что любовь не знает полов и если она пришла к кому-то, надо просто открыть ей свое сердце. Выслушав Ена, Сом рассказал ему в свою очередь про себя и про сестру, которая помогла ему в то время. Они оба отметили, как много общего у Пи’Сана и Пи’Ван. Постепенно их разговор стал более спокойный и непринужденным. Они уже болтали, как старые закадычные друзья.
— Ты знаешь, Сом, — смеясь сказал Ен, — а я ведь с первой нашей встречи понял, что ты такой же, как и я. И поначалу даже запал на тебя.
— Да неужели, — Сом несказанно удивился. Он тоже почувствовал тогда что-то в Ене, но его мысли тогда были только о Пи’Чае.
— Ага. Я даже ревновал тебя, особенно к Кхему — вы всегда были вместе. Он ухаживал за тобой, всегда был готов прийти к тебе по первому зову. А еще эти слухи. Я стал приглядывать за ним и сам того не заметил, как он мне стал нравится… — Ен внезапно замолчал.
— Ты чего?
— Ты не против того, что мне нравится Кхем? — Ен смотрел на Сома своими большими глазами, в которых опять предательски заблестели слезы.
— Ен, дружище, — Сом подошел к нему и присел на подлокотник, обняв того за плечи, — я буду самым счастливым вашим другом, если вы с Кхемом поладите.
— Правда? — Ен смахнул слезы.
— Уж поверь мне.
— А он не будет на меня в обиде за то, что попал в больницу?
— Ты же не виноват в этом. Никто не знал, что такое может случится. Это случайность. Несчастный случай.
— Но он чуть не умер.
— Мы вовремя доставили его в больницу и ему оказали помощь. Все будет хорошо. Не переживай так сильно. Ты лучше подумай, как будешь выстраивать с ним отношение. Кхем, на сколько я знаю, не такой, как мы.
Ен задумался. Он почему-то раньше о таком не думал. А действительно, что он будет делать в таком случае? Ему опять стало грустно. Сом потрепал его за плечо — не грусти, брат. Всему свое время. Они посидели еще немного. Ен встал:
— Я пойду. Поздно уже. Позвони мне завтра, когда станет известно о Кхеме.
— Хорошо. Иди отдохни. И не переживай ты так. Все образумится.
Сом проводил Ена до двери, закрыл за ним дверь, пошел на балкон убраться и остановился в раздумье. Вот оно как все обернулось. Кто мог такого ожидать? И что будет дальше с этими двумя? Ладно, не будем гадать. Время покажет что да как. Сом поддержит их в любом случае.
На следующий день они приехали в больницу к Кхему, как только им позвонили, что кризис миновал и что его сегодня переводят в обычную палату. Родители Кхема уже были здесь. Ен договорился с Пи’Саном о помощи и Кхема после реанимации перевели в vip-палату, которую оплатил Сан. Родители Кхема отнеслись сначала очень насторожено, но когда им объяснили что да как и пообещали еще оплатить лечение, даже обрадовались — семья у них вроде не бедная, но сейчас испытывала финансовые трудности из-за нестабильности на рынке, а больничные расходы оказались довольно внушительные. Ен заверил их, что возьмет все расходы на себя, раз он виноват в случившемся. Родители Кхема заверили его, что не имеют к нему никаких претензий, так как он не знал об аллергии их сына и они не считают его виновным. Тем не менее они очень признательны Ену за его помощь и обязательно отблагодарят его в будущем.
Кхем еще не пришел в себя. Врач объяснил, что это нормальное, так как ему давали седативные препараты и он сейчас просто спит. Его родители, вверив своего сына на попечительство Сому, уехали домой. Сом наблюдал со стороны за Еном. Тот так старался сделать все на благо пострадавшего, что у него сложилось впечатление, что Кхем попал в надежные руки и за его здоровье, да и за него самого можно было уже не беспокоиться.
Сом не мог долго находиться у друга в больнице — шли усиленные тренировки перед университетскими соревнованиями, да еще несколько тестов по предметам на курсе. А Ен притащил в палату у Кхему ноутбук и кучу литературы, обложился всем, сидя прямо на полу и готовился к тестам, не отходя от больного. Санни на него обижалась, потому как привыкла, что Ен всегда готовился вместе с ней, а теперь променял ее на угрюмого молчуна. Прам тут же предложил ей свою помощь, но неожиданно получил отказ — похоже, что Санни обиделась на всех. Сом посоветовал Праму немного подождать, пока та остынет и предложить еще раз.
Не понимал он их отношения. Санни вроде перестала вздыхать по нему и все больше времени проводила с Прамом. Но Сом не видел в ее глазах большого счастья. Может время еще не пришло? Прам же был влюблен по уши. Это было очевидно. Взять хотя бы то, что он перестал волочиться за каждой юбкой и все время говорил о Санни. Ладно, все покажет время. Он не будет влезать в их личную жизнь. Он не любит, когда лезут к нему и сам никогда не полезет к другим. Пусть разбираются сами. Да, и надо будет как-нибудь при случае спросить Санни или Ена о фигурках, а то он за переживаниями о друге, совсем забыл о них.